Польша - страна, которую в голове часто хочется свести к Варшаве, Кракову, костёлам, яблокам, колбасе, тяжёлому языку и вечному рассказу "нас опять обидели". И обижали, конечно. Ещё как обижали. Но делать из Польши невинного страдальца - это плохая шутка. Польша сама долго была зубастым государством, просто в какой-то момент проиграла в соревновании хищников. Речь Посполитая была огромной, амбициозной, лезла на восток, воевала, давила соседей, держала шляхетскую вольницу и в 17 веке даже умудрилась посидеть в Москве. Не в смысле "туристами приехали", а в смысле Кремль заняли.

Потом удача закончилась. Система внутри сгнила, соседи окрепли, и Россию, Пруссию с Австрией уже не очень волновало, что Польша думает о своей исторической миссии. В конце 18 века её разобрали по кускам, как большого, но плохо охраняемого кабана: кому бок, кому ногу, кому всё, что успели отрезать. И тут, конечно, поляки действительно стали жертвой. Только жертвой не потому, что были маленькими и безобидными, а потому что бывший хищник сам оказался на столе у тех, кто пришёл с ножами побольше. История неприятная, но не уникальная: вчера ты сам объяснял соседям, как им жить, сегодня уже тебе объясняют, где теперь твоя граница.

И главное - даже после этого Польша не превратилась в святую овечку. В 1938 году, когда Германия рвала Чехословакию, поляки тоже подошли к столу и забрали Заользье. То есть рассказы "мы только страдали" можно оставить для школьного плаката. Польша страдала, спору нет. Но и сама, когда могла, локтями работала уверенно. Сейчас это страна НАТО, Евросоюза, заводов, костёлов, исторической памяти, постоянной настороженности к соседям и очень большого желания, чтобы её снова считали не проходным двором, а серьёзным игроком. В общем, Польша - это не бедный мальчик между Германией и Россией. Это бывший хищник, которого однажды сожрали, но который до сих пор помнит вкус мяса и очень не любит, когда к его двери подходят без стука.