Куда делся католицизм?

Уже несколько недель Роса не сидит на месте. В свои 77 с лишним лет она целыми днями работает, думая о вечере среды, когда Папа Лев XIV во время визита в Барселону посетит приход Сант-Агусти. «Мы делаем футболки, репетируем танцы и готовим дары к его приезду», — взволнованно рассказывает она.

Кроме того, она внимательно следила за работами, которые уже несколько месяцев идут в этой церкви района Раваль, чтобы выполнить требования Швейцарской гвардии — подразделения, отвечающего за безопасность Ватикана. «Работы очень много, но оно того стоит», — говорит она.

Для Росы Тулуйан, уроженки Филиппин, этот молитвенный дом особенный: здесь она нашла место встречи со своими соотечественниками. Филиппинцы — не только самая многочисленная иностранная община Раваля, но и особенно религиозная. Настолько, что 25 лет назад они добились создания собственной персональной приходской общины — таких общин, создаваемых и утверждаемых Святым престолом для особых нужд отдельных групп католиков.

С тех пор как Папа объявил, что посетит этот приход, внимание половины мира оказалось приковано к Равалю. Но не все его жители взволнованы так же, как Роса. Католики — лишь одна из конфессий, представленных в этом районе, самом религиозно разнообразном во всей Барселоне. В городе насчитывается более 37 культов.

Хотя католические церкви составляют большинство — почти половину — храмов в столице Каталонии, в Равале эта картина меняется. Это район с самым большим числом молитвенных помещений во всем городе и один из трех — наряду с Грасией и Лес-Кортс — с наибольшим числом представленных религий. Католические пространства по-прежнему самые многочисленные, хотя их меньше половины от общего числа, а сразу за ними идут мусульманские молитвенные центры.

«Если здесь так много церквей, то это из-за католической традиции этой страны, но сегодня район гораздо разнообразнее, чем раньше», — говорит Фатима Ахмед, мусульманка и заместитель председателя ассоциации Diàlegs de Dona, пункта помощи женщинам-мигранткам.

Она сожалеет, что, пока многие приходы «пустеют», мусульманам не хватает мест для молитвы для всей общины. «Мы находимся в помещениях на первых этажах и в гаражах, и все равно не помещаемся. Мы там не потому, что хотим, а потому, что власти не умеют правильно управлять многообразием», — настаивает Ахмед. По ее мнению, существует тенденция «делать невидимым все, что не является католическим».

Она подчеркивает: хотя Испания — внеконфессиональное государство, разница в отношении властей, «левых или правых», к католицизму и другим религиям «огромна». Ахмед указывает на обширную программу Папы в эти дни, включая выступление в Конгрессе. «Нам говорят, что это потому, что он глава государства, но ведь он еще и религиозный лидер. Представьте, что было бы, если бы с такой речью выступил имам», — добавляет она.

Раваль, единый в многообразии

Фатима Ахмед и Роса Тулуйан знакомы не только потому, что живут в одном районе. Обе также входят в Межрелигиозную группу Раваля (GIR) фонда Tot Raval. Эта площадка появилась в 2001 году после того, как 350 мигрантов заняли церковь Пи в Барселоне и объявили голодовку в знак протеста против закона об иностранцах.

С тех пор она стала местом встречи представителей разных вероисповеданий района, которые так или иначе представляют и мигрантские общины, формирующие Раваль. В GIR входят 17 организаций, в том числе относящиеся к разным ветвям христианства, отличным от католицизма.

«Мы не чувствуем, что этот визит Папы представляет нас», — говорит Марта Лопес, протестантская пастор и генеральный секретарь Испанской евангелической церкви. Хотя она рада за своих «католических братьев», ее вероисповедание не признает власть понтифика. «Да, это значимая политическая фигура, но для нас он просто еще один христианин», — добавляет она.

Поэтому пастор сожалеет о роли властей в кампании, организованной к приезду Льва XIV: «Испания — внеконфессиональная страна, но этого не заметно. Католицизм по-прежнему пользуется особым отношением, что идет в ущерб более малочисленным религиям и обществу в целом», — говорит Лопес.

Она приводит примеры, в том числе пожертвование в декларации о подоходном налоге, которое можно направить только Католической церкви. Лопес уверяет, что не выступает против визита Папы, но поддерживает полное разделение религии и государства, чтобы «освободить пространство и выстроить более здоровые отношения» с религией.

Лопес убеждена, что такая дистанция и утрата привилегий заставили бы Церковь взять на себя больше ответственности и обновиться. «Например, роль женщин была бы другой», — говорит эта протестантка, чье вероисповедание позволяет ей служить пастором и вести собственную общину.

«Церковь заставляет молчать многие голоса, которые, в свою очередь, снизу поддерживают приходы», — добавляет священнослужительница, напоминая, что большинство верующих и практикующих — женщины. «Возможно, я стала протестанткой в поисках справедливого отношения к нам», — говорит она.

Католицизм: большинство, но доля снижается

Женщины составляют большинство в общинах всех религий. Это не только предположение Лопес, но и данные, подтвержденные различными опросами. Самый свежий из них — доклад «Светскость в цифрах», опубликованный фондом Ferrer i Guàrdia менее чем за неделю до приезда Папы в Испанию.

Еще один вывод этого исследования: Каталония — второе автономное сообщество после Страны Басков с наименьшим религиозным рвением. Доля людей, называющих себя нерелигиозными, в Каталонии достигает 48%, что всего на один пункт выше показателя Барселоны. Агностики и атеисты вместе составляют почти половину населения.

С другой стороны, хотя почти 40% жителей Барселоны называют себя католиками, в самом фонде Ferrer i Guàrdia напоминают, что это по-прежнему «меньше половины населения внеконфессиональной страны», как отмечает его директор Унгрия Панадеро. Поэтому она требует отнести религию к частной жизни и «ни в каком виде» не финансировать ее из государственных средств.

В этой связи Панадеро говорит о весе религии в школах с государственным финансированием и частным управлением: они составляют 60% учебных заведений Барселоны, и 99% из них религиозные. Она также упоминает отдельные события, такие как визит Папы. Его стоимость составила 25 млн евро, и значительная часть была оплачена из государственных средств.

«Мы не против того, чтобы он приехал с визитом, но против такого размаха. Нам не подходит оправдание, что он глава государства, потому что его государство не демократическое и нарушает права многих групп», — добавляют в Ferrer i Guàrdia.

Этот фонд вместе с Ateus de Catalunya и Europa Laica запустил кампанию «Я тебя не жду», призванную осудить «публичные привилегии» Церкви в Каталонии. На эти же послабления указывают и другие малочисленные конфессии — от мусульман до разных ветвей христианства.

Но если атеистические объединения выступают против визита понтифика, представители других верований видят в нем «возможность стать заметнее». Мусульманка Фатима Ахмед приглашена на мессу, которая пройдет в Сант-Агусти. Протестантская пастор Марта Лопес будет на мессе в Саграда-Фамилия. «Папа не обойдет религиозное многообразие в своих речах, и это будет возможность поддержать диалог, который нам так нужен», — говорят они.

Но хотя обе смогут увидеть понтифика близко и вживую, Росе Тулуйан так не повезет. Несмотря на то что она много работала, готовясь принять его в приходе, о котором десятилетиями заботится как о своем доме, ей придется смотреть речь Святого отца из гостиной: ее не пригласили на мессу в Сант-Агусти.

Из 600 человек, которые посетят это событие в приходе Раваля, только двое принадлежат к филиппинской общине, которая управляет молитвенным домом. Места не оставили даже для приходского священника. Более того, ему предложили принять участие в жеребьевке, чтобы выбрать счастливчиков, которые будут сопровождать Святого отца, но он решил отказаться, чтобы не отнимать место у кого-то из своих прихожан.

«Нам будет хорошо смотреть по телевизору, ничего страшного», — говорит Тулуйан со смирением. Она признает, что хотела бы увидеть Папу в своей церкви, но верит, что еще будут другие возможности. «Мы сможем поприветствовать его на улице или даже в Риме. Может быть, однажды поедем в Ватикан, и там, если повезет, увидим его», — с надеждой говорит она.

Источник